Если магистральные железные дороги были «артериями» фронта, то немецкие военно-полевые узкоколейки (Feldbahnen) стали его «капиллярами». После Первой мировой войны на землях Западной Беларуси и Украины остались тысячи километров таких путей, которые оказали огромное влияние на экономику региона в межвоенный период и даже после 1945 года.
Во время Первой мировой войны линия фронта на востоке надолго замерла в районе Пинских болот и лесов Беловежской пущи. Подвозить снаряды и продовольствие по бездорожью было невозможно, а строить полноценные широкие дороги — слишком долго и дорого.
Немцы применили систему Heeresfeldbahn — разборные железнодорожные пути с шириной колеи всего 600 мм.
Мобильность: Рельсы уже были прикреплены к шпалам (звенья по 2–5 метров). Их можно было укладывать прямо на грунт со скоростью идущего человека.
Спецтехника: Для этих дорог были разработаны знаменитые паровозы типа Brigadelok. Они были маленькими, но мощными, способными работать на дровах и проходить через крутые повороты в лесах.
Жизнь после войны: От фронта к лесопилке
После 1918 года независимая Польша столкнулась с транспортным хаосом. На востоке (Западная Беларусь и Украина) оставалось много путей «русской» колеи. Польское правительство провело их полную унификацию, перешив на 1435 мм.
Что касается лесных узкоколеек (таких как в Беловежской пуще), то после ухода немцев они перешли в ведение Государственных лесов (Lasy Państwowe).
Официальное управление: Узкоколейками на востоке управляла Дирекция государственных лесов (Dyrekcja Lasów Państwowych), в частности, отделения в Белостоке, Бресте и Вильно.
Частная концессия: В 1924–1929 годах управление сетью в Беловежской пуще (центр в Гайнувке) было передано британской компании The Century European Timber Corporation («Центури»). Это был период хищнической эксплуатации леса, вызвавший громкие скандалы в польском сейме.
Вторая мировая и финал истории
В 1941 году история повторилась: вермахт снова начал прокладывать полевые дороги через те же леса. Однако после 1945 года советская власть взяла курс на укрупнение. Маленькие 600-миллиметровые пути постепенно заменяли на стандарт 750 мм или вовсе демонтировали, заменяя их лесовозными дорогами для грузовиков.
Что осталось сегодня? Сегодня наследие «битвы колей» можно увидеть в двух ипостасях:
-
Туризм: Узкоколейка в польской части Беловежской пущи (Гайнувка) — это прямая наследница тех самых немецких лесных дорог. Она до сих пор катает туристов.
-
Археология: В беларусских лесах до сих пор можно найти характерные узкие насыпи и глубокие выемки в земле — «шрамы» Первой мировой, которые природа так и не смогла полностью залечить.
